Джорджо де Кирико «Меланхолия и тайна улицы», 1914
Эта картина, наверное, является одной из самых значимых не только в творчестве итальянского художника Джорджо де Кирико, но и во всем направлении искусства под названием «метафизическая живопись».
Название картины не обманывает — тайн в ней ничуть не меньше, чем самой метафизики. И с этими тайнами связан весьма любопытный факт — в отсутствие информации человеку свойственно фантазировать и строить догадки, поэтому много лет специалисты обсуждали скрытый смысл полотна, который, как потом оказалось, Де Кирико в него совершенно не закладывал — по его же словам.
Как бы там ни было, искусствовед Алина Аксенова рассказывает о том, что художник выводил сознательно на картине. Психоаналитик Светлана Федорова прокомментирует картину с точки зрения бессознательного. А юный противник слаймов и поклонник чтения литературы с фонариком под одеялом Данил совершенно недетским взглядом заметит все детали, которые стоят особого внимания.
Алина Аксенова, искусствовед
Без единого сомнения Джорджо де Кирико можно назвать одним из главных вдохновителей сюрреалистов, однако сам художник, совпавший с ними по времени, сюрреалистом не был. Он называл свою живопись метафизической, а самой метафизической из всех его работ называют картину 1914 года «Меланхолия и тайна улицы». В общем, и меланхолия и тайна вполне соотносятся с чем-то метафизическим, то есть нематериальным и эфемерным. Действительно, понятного и земного в картине де Кирико немного.
Перед зрителем открываются здания, показанные с углов, и улица, ведущая на площадь. Обрамляющие первый этаж полукруглые арки напоминают о классической архитектуре итальянских городов. Действительно, будучи по происхождению итальянцем, Де Кирико никогда не разрывал отношений с классической традицией. В то время как главной тенденцией европейской живописи 1910-х стал эксперимент и уход в сторону абстракции и яростной экспрессии цвета и линии, у Де Кирико царила старорежимная предметность с прямой перспективой, тенями и объемами. Правда, присмотревшись к этой перспективе, начинаешь замечать, что не такая уж она и классическая. Перспективные сокращения резкие, стремительные, и для построения каждого из зданий взята своя точка схода линий: дом слева стремится вверх, дом справа ныряет носом вниз. Так пространство, на первый взгляд, правдоподобное, превращается во что-то неправильное, вызывающее дискомфорт. К слову, этот прием был распространен и у экспрессионистов, создававших с помощью ломаных линий и острых углов, искажающих пространство, ощущение враждебности и даже краха мира.
Среди немногочисленных героев картины Де Кирико — бегущая девочка с обручем, и тень, выглядывающая из-за здания справа. Впрочем, и сама девочка похожа на тень — художник показал лишь ее силуэт, избавив образ от каких-либо характеристик. Сложно сказать, куда движется героиня, на площадь или в сторону стоящего справа вагончика. Однако оба направления сомнительны: дверцы вагона открыты, но неясно, что находится в его глубине; на площади тень без объекта, ее отбрасывающего, тоже не внушает доверия. Учитывая номинальную отсылку к итальянскому городу, мы допускаем, что это тень от статуи — памятники полководцам на городских площадях для Италии более чем характерны. Если уж мы заговорили о тенях, стоит отметить, что теней и, вообще, темных мест в картине достаточно: вся правая часть погружена во мрак, а за всеми арками зданий видна только темнота, что можно считать как метафору неизвестности. Светлые участки картины, напротив, кажутся слишком яркими и цвета, окрашивающие здания слева, площадь и небо, далеки от реальности. Де Кирико сделал цвет одинаково интенсивным как на переднем, так и на дальнем плане, создав ощущение безвоздушного пространства. Без людей и какого-либо движения, это воздействует пугающе, усиливает чувство пустоты и одиночества, вызывает саспенс.
Собирая воедино эти нюансы, мы понимаем, что все привычные законы живописи и натуроподобие здесь нарушены, мы имеем дело с другим миром, другой реальностью.
Картины Де Кирико 1910-х годов похожи. Чаще всего это пустые площади, силуэты одиноких человеческих фигур или манекены, безвоздушное пространство и чрезмерно яркий свет, окрашивающий все в неестественные цвета. Эти приемы легли в основу сюрреалистической живописи, и многие работы Рене Магритта и Сальвадора Дали вдохновлены идеями Де Кирико.
Однажды сюрреалист Ив Танги, проезжая на трамвае мимо художественной галереи, увидел через окно картину Де Кирико. Он выпрыгнул из трамвая на полном ходу, забежал в галерею и купил картину метафизического живописца. История полулегендарная, но даже если это всего лишь выдумка, она хорошо показывает, как Де Кирико еще до сюрреалистов создал атмосферу сна с отсутствием привычной логики, превратил обыденное в странное, нарушив привычные связи между предметами, и, как и другие художники времен Первой мировой, ввел тему пустоты и одиночества, которая пройдет через все искусство ХХ века.
Светлана Федорова, психоаналитик
Картина контрастна и наполнена амбивалентностью: черное и белое здание будто символизируют влечение к жизни и влечение к смерти, но между ними дорога, залитая солнцем, которое будто и есть сама жизнь. Во всем светлом — вкрапления темного. В белом здании — арки, и неизвестно, что в них подстерегает идущего. На дороге — тень с темной полосой, будто это копье.
Девочка бежит по дороге, и мы не знаем какой путь она выберет: спрячется ли в похожем на гробик желтом вагончике, или же продолжит путь к морю и флагу, ожидающих ее в конце улицы. Все варианты небезопасны, включая море. На белой стене — значок уровня, а значит море/мать может затопить. Возможно, темная фигура и есть образ матери или умершей матери. В начале белого здания — угловая башня, похожую на пенис. Хочется верить, что он послужит опорой и ориентиром для этой девочки, которая начинает путешествие в этой жизни.
Меланхолия здесь — равно выбор. Если боишься жизни, со всеми ее опасностями, и выбираешь прятаться и уходить в понятное, не пребываешь в амбивалентности между тенями, белым и черным, не заглядываешь в разные арки и двери, тем самым сливаешься с объектом, и меланхолия тебя настигает.
Данил Козлов, 6,5 лет, эксперт по сладостям, поклонник Гарри Поттера и большой ценитель собственного труда
Вижу, тут девочка и она крутит какое-то колесо от велосипеда. Еще вижу большой белый длинный дом с красной крышей, а его колонна похожа на окно древней темницы или замка. Напротив — какой-то странненький автобусик, похожий на сундук, там хранится золото! Вижу тень, которая гуляет — думаю, что это мама или папа девочки. Скорее всего мама. И еще какой-то флаг на крыше! Развевается и похож на оранжевый шарф. Серый замок вижу, хотя он какой-то белый еще, не только серый. Линии тут какие-то – похожи на провода или шпалы. Думаю, эта дорога ведет в красивый город, в котором есть море и очень много сладостей. Откроешь дверь — а там деревья из леденцов, плоды из карамели, желейные стены, которые можно поедать, а заходишь – там шоколадные игрушки. С глазурью. И еще там, наверное, продаются такие голубые мишки, которые держат сердечко с надписью «Я тебя люблю», при этом надпись — белая и блестит золотом. Еще у мишек красивый клетчатый бантик.