«У меня сова с жаворонком внутри борются»
Вадим Миколаенко
Окончил бакалавриат и магистратуру НИУ ВШЭ по специальности «прикладная математика». Аспирант третьего года обучения департамента прикладной математики. Утвержденная тема диссертации: «Методика исследования деформационного поведения сверхпластических материалов». Преподает программирование и теоретическую механику.
Вадим Миколаенко может до ночи засидеться над работой, а в семь утра отправиться на пробежку — столько энергии ему дает его жизнь молодого ученого Вышки. В интервью одноименному проекту он рассказал о своей предметной области, отношении к оценкам и о любви к музыке и велосипеду.
Почему я решил стать ученым
Я учился в языковой школе, но там была группа ребят, включая меня, которым нравились математика и информатика. Я выбрал эту сторону — поступил в Вышку на прикладную математику. Важная развилка у меня была после магистратуры — пойти работать или поступать в аспирантуру. Я принципиально не хотел совмещать одно с другим, чтобы полностью отдаваться выбранному пути. Никто меня ни к какому выбору не обязывал, я выбрал второе и ни о чем не жалею.
Я поступил в академическую аспирантуру. Стипендия хорошая, но я не могу работать нигде, кроме как в Вышке, впрочем, это как раз тот вариант, который я искал. Кстати, один из обязательных пунктов академической аспирантуры — съездить на стажировку, что очень интересно. Так что я хочу полностью находиться там, где нахожусь.
На 2-м курсе бакалавриата я познакомился с моим научным руководителем — Сергеем Алексеевичем Аксеновым. Он многое для меня открыл, дал массу возможностей, и я ему очень благодарен за это. Отучившись, понимаешь, что институт — это не только про предметы или знания, но и про людей, которые оставляют большой след в твоей жизни. Мой научный руководитель — один из них.
Что я исследую
Я занимаюсь сверхпластическими материалами. При определенных условиях (давление, температура) материал входит в состояние сверхпластичности, при котором может растягиваться, как жвачка. Из него можно изготавливать тонкостенные изделия сложной геометрической формы, востребованные в аэрокосмической, медицинской, автомобильной и других отраслях. Чтобы произвести такие изделия, важно понимать, какими свойствами обладает тот или иной материал.
![](/pubs/share/direct/829824116.jpg)
Мы сотрудничаем с МИСИС. Там в лаборатории производят образцы сплавов и проводят их испытания — растягивают, измеряют, как они сопротивляются. В итоге экспериментальные данные поступают к нам, а мы их обрабатываем и строим по ним модель деформационного поведения материала.
Есть международные стандарты, которые определяют, как такие экспериментальные данные интерпретировать. Но существует проблема: эти международные стандарты предполагают, что происходит идеальное одноосное растяжение, при котором не учитываются неоднородности распределения скоростей деформации. Во многих исследованиях говорится, что все-таки важно это учесть, но никто не говорил, насколько важно. Мы с Сергеем Алексеевичем провели оценку, написали статью, а сейчас я пишу диссертацию. В статье мы оценили порядок ошибок в 20–25%. А в диссертации я разрабатываю методологию — как интерпретировать, чтобы учесть эти неоднородности. И руковожу проектом по созданию программного решения. Пользователь загружает данные в наш софт и узнает свойства материала.
Чем я горжусь
Нашей с Сергеем Алексеевичем статьей, она вышла в журнале Metals. Второе достижение — методология, которую я разрабатываю в диссертации. Она уже опробована на реальных экспериментальных данных, осталось ее автоматизировать с помощью софта и снабдить текстом, чтоб получился диссертационный кирпич.
О чем я мечтаю
У меня нет дальней мечты или дальней цели. Я живу здесь и сейчас и выбираю из доступных вариантов, куда направить вектор своего развития. Моя мечта — делать то, что мне нравится. Страшный сон — выйти на работу, которую ты не любишь. А здесь у меня глаза горят. Я точно не помню, что такое выходные. Я как будто всегда работаю, потому что мне это нравится.
Что такое выгорание, я не знаю. Нормальная ситуация: нужно решить проблему, я увлекся, не заметил, что уже четыре часа утра, а завтра рано вставать
Казалось бы, с таким режимом давно что-то должно было пойти не так. Но азарт не пропадает уже который год. Надеюсь, так будет продолжаться. С выгоранием я борюсь с помощью стабильной вовлеченности.
Почему мне нравится преподавать
Я веду семинары по теоретической механике. Интересное наблюдение: преподавание — классный способ обучения. Когда ты студент, так глубоко не копаешь, как когда ты преподаватель, потому что хочется закрыть все нюансы, все развилки, хочется все знать как можно глубже.
![](/pubs/share/direct/829932298.jpg)
Я в принципе не люблю, когда остаются незакрытые вопросы. В проекте по разработке софта каждое изменение кода проходит через меня, я его анализирую, принимаю или говорю, что нужно поправить. А в другом проекте, наоборот, у меня был челлендж не писать код. Общаться с ребятами, объяснять им, смотреть глазами, но не писать. Это оказалось сложно. Мы сотрудничали с компанией «Айбим» — разрабатывали библиотеку для анализа 3D-моделей зданий, которые предполагается строить. Они довольны результатом и хотят продлить с нами сотрудничество.
Нолики, единички, прямой угол, прямая линия — такого в реальном мире нет. Но весь научный аппарат, описывая и аппроксимируя реальный мир, опирается на эти абстракции, и я восхищаюсь тем, как в итоге красиво выходит.
В чем разница между физикой и теоретической механикой? Физика взаимодействует с реальным миром: на основе результатов экспериментов пытается вывести зависимость. Например, предмет подбрасывают и смотрят, с какой скоростью он падает. А когда оказывается, что в вакууме перо и железный шарик упадут за одинаковое время, физики делают выводы и придумывают формулы, которые аппроксимируют реальный мир.
Теоретическая механика с реальным миром ничего общего не имеет. Она не проводит экспериментов. Есть понятие «точка», вводим понятие «твердое тело» — такое тело, в котором расстояние между двумя точками не меняется, и т.д. Таким образом, получается наука, все выводы в которой вышли из абстракций, а не из реального мира.
Чем я бы занимался, если бы не стал ученым
Например, музыкой. Услышав, как я безошибочно повторил за папой мелодию «Миллиона алых роз» на своем маленьком пианино, родители отдали меня в музыкальную школу учиться играть на фортепиано.
После восьми лет обучения начались эксперименты — акустическая гитара, классическая гитара, электрогитара, скрипка, бас. В институте на военной кафедре у нас была художественная самодеятельность. Нас собирали по торжественным датам играть патриотические песни. У нас сложился коллектив, мы сыгрались друг с другом и решили попробовать отдельно от кафедры встречаться и играть рок.
Потом я решил попробовать музыкой зарабатывать — играл в кавер-группах, мы выступали в клубах. Интересный опыт. С того момента я в каком-то смысле полюбил попсу: под нее хорошо отдыхается. Группа называлась Banana Band. Мы исполняли песни на русском и на английском, на мне были гитара и бэк-вокал.
Но когда началась пандемия, все это потихоньку заглохло. И я решил оборудовать дома что-то вроде звукозаписывающей студии и с тех пор творю там. Хотел к 25 годам написать альбом, но не успел: наука перетягивает одеяло на себя, на музыку остается не так много времени. Может, к 30 успею.
Для меня моя домашняя студия — это еще и звуковая лаборатория.
Открываю спектроанализатор и смотрю — а что будет, если я здесь зажму струну и так дерну, а если флажолет? И на паре по теоретической механике я уже провожу ребятам параллель из реального мира: берешь гитару, струну тронул, она колеблется — вот вам фундаментальная частота и обертон на реальном практическом примере. Так что это и творчество, и наука.
С кем из ученых я хотел бы встретиться
Нет конкретного ученого, с которым я хотел бы встретиться, как и нет конкретной мечты, к которой я иду. Мне в принципе нравится общаться с умными людьми. На съездах кадрового резерва, мне кажется, можно даже специальную программу не делать, мы друг с другом общаемся и обмениваемся информацией. Обожаю этот процесс. Если говорить про состоявшихся ученых, любой умный человек — кладезь полезных мыслей, и хочется их впитывать, обмениваться ими, корректировать свою модель мира.
![](/pubs/share/direct/829936249.jpg)
А если брать конкретные примеры, в Испании есть ученая Нагоре Отеги Мартинес. Она тоже занимается исследованием модели деформационного поведения сверхпластических материалов. В частности, у себя в лаборатории она проводила испытания на одноосное растяжение, используя камеру, чтобы по фактуре образца определить, как именно распределяются деформации в образце на протяжении всего испытания, то есть, грубо говоря, камера фиксирует, куда каждый кусочек материала поплыл. Так вот она пришла к выводам, схожим с теми, к которым мы пришли с Сергеем Алексеевичем. Кстати, почему я говорю «поплыл»? Потому что материал в таком состоянии мы интерпретируем как очень медленное течение очень вязкой жидкости.
Как проходит мой день
В каждой неделе есть изюминка, которая ломает рутину. То в комиссии по проектам посидеть, то поехать на съезд кадрового резерва, то на конференции выступить. Еще бывает, чем-то увлекусь, засижусь до ночи. Стараюсь так не делать, но у меня сова с жаворонком внутри борются. Я встаю рано, чтобы в семь утра выйти на пробежку. У нас с отцом традиция: мы при возможности друг друга выгоняем побегать. И ему, и мне полезно, и общаемся. А далее преподаю студентам или готовлюсь к парам.
Идеальное рабочее место
Мой домашний компьютер. У меня там все летает, я на нем и программирую, и запускаю моделирования. Они ресурсозатратные, могут длиться часами. Поэтому я установил на телефоне программу, через которую я могу подключиться к домашнему компьютеру. В институте пару провел, залез в компьютер удаленно, посмотрел результаты и запустил следующее моделирование.
Что мне нравится читать и слушать
Художественную литературу я не так часто читаю, не хватает времени. Летом «Скотный двор» Оруэлла прочел. А научную удается чаще, из последнего — книги Бьерна Страуструпа по программированию и «Эффективный и современный С++» Скотта Мейерса. Книги по психологии люблю, на меня сильно повлияла серия книг «Поток» Михая Чиксентмихайи.
Когда я хочу творчески преисполниться, я слушаю музыку. У меня широкие музыкальные вкусы — от тяжелого металла до джаза. Сложно придумать стиль, который мне не нравится. В любом жанре есть как минимум 10% бриллиантов, и их достаточно, чтобы оправдать его существование.
![](/pubs/share/direct/829824131.jpeg)
Из русских исполнителей мне особенно нравится «Дайте танк (!)». Знакомство с этой группой началось с песни «Слова-паразиты» и клипа на нее. Первым концертом, на котором я побывал еще маленьким, был концерт Валерия Меладзе. Когда сам начал выступать, понял, что больше люблю атмосферу как исполнитель, а не как слушатель, но одно другому не мешает. В последнее время не хватает музыкантского взаимодействия, хочется в группе поиграть.
На съездах кадрового резерва мы всегда по ночам поем. Я могу подобрать на гитаре и на пианино практически любую песню, если хоть когда-то слышал.
Еще мне нравится взять популярную песню, например «Выхода нет» «Сплина», и сделать из нее фингерстайл-композицию — когда мелодия и гармония играются пальцами одновременно и получается красивое самостоятельное произведение. Советую ознакомиться с творчеством Максима Ярушкина. Он делает очень интересные гитарные фингерстайл-аранжировки.
Совет начинающим ученым
Я бы, наверное, перефразировал: какой совет я дал бы сам себе в прошлом? Полностью брать от ситуации все, пробовать, вовлекаться в авантюры. Есть, правда, другая крайность — слишком много всего на себя взять и лопнуть, с этим тоже нужно аккуратнее.
У меня много было стадий осознавания того, что я делаю и зачем. Например, в бакалавриате я учился ради оценок. Со 2-го курса, по-моему, вообще не сдавал экзамены, потому что все закрывал автоматом. Только госы надо было сдавать. А потом — я помню это ощущение — выходишь из института, у тебя красный диплом, но кажется, будто ты ничего не знаешь. Будто бы из-за того, что ты не сдавал экзамены, оно в голове не так хорошо отложилось.
В итоге я пришел к тому, что оценки — это неважно, приоритет — это знания. Однако одно дело сказать, другое — реально сделать. Мы как-то ездили в Вычислительный центр РАН, и там нам рассказывали про многопоточное программирование на C++. Потом был экзамен, я к нему подготовился и получил оценку «хорошо». Преподаватель предложил пересдать с другой группой — я отказался. Сел в трамвай, еду домой и думаю: «Мне сейчас преподаватель дал возможность еще раз вложить в себя знания и продемонстрировать ему. Почему я это упускаю, при чем тут вообще оценки?» Я за неделю хорошо выучил все, пришел и сказал: «Я хочу, чтобы вы приняли у меня экзамен, можете вообще ничего не менять, просто выслушайте меня». И ответил на все его вопросы. С тех пор оценки мне вообще неважны.
Своим студентам я пытаюсь создавать комфортные условия, в которых они могут задавать вопросы.
Не стоит бояться выходить к доске, совершать ошибки во время обучения, ведь, если не ошибаться, как же тогда чему-то научиться?
Меня раздражает выученная со школы привычка: если не понял, я лучше промолчу. Накапливается непонимание, а потом происходят беды на экзаменах.
Любимое место в Москве
Я с детства все лето проводил на даче и там катался на велосипеде. А потом я завел себе велосипед в Москве, и это было одной из лучших покупок в жизни. Я снова окунулся в детство. Мне нравится ощущение инерции, нравится, как на поворотах центростремительное ускорение тебя немного выносит и ты, как птица, летишь. Обожаю велосипед. И по Москве катаюсь на велосипеде. Утром выезжаю, вечером приезжаю, 70 километров в день могу проехать. Трудно назвать любимое место, но из запомнившихся это, пожалуй, Поклонная гора.
Как наш мозг работает? Кому-то нравится по утрам бегать по одним и тем же маршрутам, потому что сам по себе бег ему приносит удовлетворение, выделяется дофамин. Я не такой, мне нужны новые места. Поэтому для меня велосипед — самое классное решение, компромисс спорта и новизны.
Мои детские увлечения
В детстве я занимался авиамоделированием — клеил самолеты и вертолеты на пульте управления. Также ракету на водной тяге делал.
Мне нравится задействовать мелкую моторику: когда управляешь моделью самолета, нужно совсем чуть-чуть дергать за ручки. На скрипке когда учился заниматься, мне преподавательница говорила, что я хорошо чувствую, насколько сильно или слабо прижимать смычок, там это очень важно.
Как я получаю информацию
Я внимательно слежу за информационной гигиеной — сам для себя формирую источники, в которых заинтересован. Я выработал подход, что не кто-то мне должен предложить информацию, а у меня должна появиться в ней потребность, тогда я пойду ее искать. Поэтому я не люблю листать ленту новостей или получать советы от «Яндекс Музыки». Я сам себе генерирую, какую музыку слушать, у меня большая музыкальная библиотека, где по папочкам все разложено. Предлагаемые советы лишь укрепляют вкус, а мне, наоборот, хочется его расширять. Мне нравится новое.