М-редупликация: ареальное описание

В настоящей работе рассматривается м-редупликация, а также некоторые другие модели эхо-редупликации. Под термином «м-редупликация» подразумеваются конструкции вроде русских «шашлык-машлык», «чашки-машки», которые распространены в большом количестве языков Евразии. Данное исследование было разделено на 3 части: в первой рассматривался ареал м-редупликации и других моделей эхо-редупликации, во второй обсуждались ограничения на употребление м-редупликации, наконец, в третьей части были затронуты общие вопросы, связанные с этой конструкцией. В качестве материала для исследования использовались корпусные данные (разные корпуса на платформе Sketchengine), а также анкеты. В «ареальной» части на базе более 50 языков была обсуждена географическая дистрибуция м-редупликации, и были обозначены её границы (к примеру, на Балканах она не засвидетельствована в сербском, но продуктивна в болгарском, а в Поволжье употребляется лишь в башкирском и в меньшей степени в татарском). Мы также рассмотрели распространение п-редупликации, которая встречается в Средней Азии, а также с-редупликации, связанной с некоторыми монгольскими и тюркскими языками. Кроме того, обсуждалось такое явление как вставка союза между редупликантом и словом-эхо, которое наблюдается в некоторых иранских языках. Результаты ареальной части были отмечены на карте. В «дескриптивной» части мы обсудили статистические и структурные ограничения на употребление м-редупликации. В числе прочего, мы предложили иерархию синтаксических групп, подвергающихся м-редупликации и объяснили проблему с м-редупликацией глагольных групп. Было отмечено употребление м-редупликации в составе неопределённых ИГ, также мы рассмотрели сочетание этой конструкции с неопределёнными местоимениями в лезгинских и других языках Кавказа. Один из важнейших тестов, показывающих тенденцию редупликантов быть в нереферентных ИГ – это невозможность посессивных конструкций в контексте м-редупликации. Кроме того, мы заметили аномально редкое маркирование м-редупликации аффиксом множественного числа в языках с «общим числом», например, в тюркских. Также были рассмотрены различные стратегии упрощения консонантных кластеров в начале слова под воздействием м-редупликации. Наконец, в «общих вопросах» был поднят вопрос о классификации м-редупликации как словоизменительного или словообразовательного процесса (более десяти тестов дали смешанные результаты), а также были приведены аргументы в пользу того, что м-редупликация является прямым морфологическим заимствованием, а не косвенным. Мы рассмотрели различные дискурсивные стратегии для обозначения симилятивной множественности, а также выделили факторы, объясняющие столь широкий ареал м-редупликации. Среди этих факторов можно отметить «пренебрежительную» семантику этого феномена, неосознанность м-редупликации как материала другого языка при переключении кодов, а также особенности правил применения м-редупликации, которые не связаны с грамматической структурой конкретного языка.